Кризис мира
Главная  Кризис мира  Катречко
Интернет и сознание: к концепции виртуального человека

Статья философа С.Л. Катречко взята из сборника "Влияние Интернета на сознание и структуру знания" (М., 2004).
Автор касается вопроса о виртуализации современных процессов, сводя их в целом к феномену Интернета, а также появлению новых надындивидуальных форм сознания. Неясно, правда, в чем состоит глубина этой лишенной самосознания сетевой разумности.
Трансформация сознания в эпоху Интернета
Тема «Трансформация сознания в эпоху Интернета» подразумевает каузальность, которая существует между Интернетом (Инетом) и сознанием, причем каузальность от первого ко второму. Однако на время оставим вопрос о детерминации и обратимся к членам этого отношения. Термин «сознание» (в данном контексте) может трактоваться трояко. Во-первых, это индивидуальное сознание человека; во-вторых, это общественное (планетарное) сознание человечества в целом; в-третьих, это целый спектр промежуточных уровней сознания, в частности сознание некоторых профессиональных групп, например: сознание программистов или (versus) сознание пользователей-архитекторов, работающих с компьютерными программами. Понятно, что в зависимости от трактовки термина «сознание» исходная проблематика обсуждения претерпевает серьезные изменения, т.к. говорить о влиянии компьютерных (Интернет) технологий на (профессиональное) «сознание» (мышление, стиль разработок) пользователей этих технологий, видимо, вполне правомерно, а соотношение (каузальное влияние) между «сознанием» автора (разработчиками) какой-либо компьютерной игры (как частного случая виртуальных технологий) и его продуктом скорее обратное. Говорить же об Интернете как планетарном явлении, наверное, пока преждевременно (вспомним хотя бы российскую глубинку), хотя определенное влияние на стиль общественных, например политических или административных, отношений, т.е. на общественное сознание в целом через его (государственную) верхушку, он оказывает. Несколько более точно определен второй член отношения, однако и здесь есть неявная двусмысленность. Говоря об «эпохе Интернета», можно, во-первых, подразумевать эпоху, которая детерминирована Инетом и в котором именно он занимает господствующее и определяющее все другие феномены место. Или все же наша эпоха по своей сути является чем-то иным, например «дисциплинарным обществом» (М. Фуко) или «обществом потребления» (Ж. Бодрийяр), а Инет является скорее ярким, но вторичным (эпи)феноменом, т.е. «оберткой», скрывающей собой истинные – глубинные и сущностные – детерминанты. В этом случае вопрос о каузальности сознания Инетом «подвисает», поскольку истинные причины трансформации сознания остаются незатронутыми и/или трактуются превращенным образом.

Несколько проясняет суть дела тезис В.М. Розина (см. его сооб. на форуме «Трансформация сознания в эпоху Интернета») о том, что сознание (какое из трех?) существенным образом зависит от типа семиозиса, а если, вслед за М. Маклюэном, рассматривать четыре типа семиоза (типа культур): устную, письменную, печатную и электронную, то Интернет как яркое проявление четвертого типа семиозиса ведет к трансформации сознания. С этим тезисом вряд ли можно согласиться безоговорочно в настоящее время. Дело в том, что сейчас Инет (как, впрочем, и другие проявления электронного типа семиозиса) является лишь порождением сознания (современного человека) и поэтому он (они) выступает не столько как определяющий сознание, сколько как определяемый сознанием феномен1. Однако и в этом случае заявленная тема весьма интересна, поскольку Инет выступает как «проявитель» некоторых глубинных трансформаций сознания (даже если мы оставим в стороне вопрос о причине этих изменений) или как «выразитель» тех черт сознания, которые ранее хотя и присутствовали, но были малозаметны или были неразвиты и занимали подчиненное положение (заметим, что в этом случае мы вообще отказываемся от идеи качественной трансформации сознания, ограничившись концепцией его локальных модификаций путем изменения удельного веса отдельных его составляющих). Именно в таком ослабленном варианте мы и будем трактовать поставленную проблему: отношение «сознание – Инет» является не каузальностью, а отношением соответствия: Инет как частный случай виртуальной реальности является моделью сознания; средством, которое позволяет исследовать специфические для данной эпохи черты сознания.

Если мы рассматриваем современную эпоху как господство информационных технологий, то собственно «мировая паутина» является частным случаем проявления так называемой виртуальной реальности. Тогда ранее поставленный вопрос о соотношении сознания и Интернета расщепляется на два (под)вопроса о соотношении (структур) сознания и виртуального мира и о соотношении (структур) реального (обычного) и виртуального миров. Однако прежде чем переходить к анализу этих (под)вопросов, необходимо уточнить концептуальное содержание термина виртуальная реальность, который в настоящее время получил широкое распространение, но из-за своего расплывчатого (неопределенного) содержания подчас используется исследователями в разных значениях (это проявилось и среди участников состоявшегося форума), что недопустимо в рамках единой полемики. В данном тексте мы не претендуем на окончательное решение этого вопроса, а ставим более скромную задачу: сформулировать некоторое уточнение этого расплывчатого термина, с учетом которого и будет проводиться последующий анализ.

Первый, самый поверхностный смысл термина «виртуальная реальность» состоит в том, что это не естественная, а искусственная, порожденная человеком среда. С этим связан ее вариабельный характер в отличие от константного – устойчивого и постоянного – характера обычной реальности. Например, именно параметр временной (не)продолжительности лежит в основе различения обычных и виртуальных частиц в современной физике: виртуальность означает здесь относительную временную непродолжительность, нестабильность. Но концептуальное содержание понятия вариабельности шире, так как здесь помимо момента временной непродолжительности присутствует еще и момент динамичности2: вариабельное не только непродолжительное, но и более динамичное, быстро меняющееся (хотя эти два момента связаны между собой, т.к. уменьшение временного масштаба, как правило, приводит к увеличению скорости процессов). С этой точки зрения виртуальным можно назвать мир, который быстро меняется и существует непродолжительное время. Например, это «мир» компьютерной игры или сеанса Инета, но не только, поскольку к таковым надо отнести любые непродолжительные действия, например: сон, игра, спектакль, кинофильм, митинг, концерт etc.

Другим важным аспектом виртуальности является не только ее непродолжительный, но и ирреальный характер. Концептуальным основанием здесь служит пара «действительное – возможное». Виртуальный мир – это один из возможных миров, который отличается от действительного по тем или иным параметрам; мир, в котором действуют, возможно, другие, отличные от привычных нам законы (и который поэтому требует от нас определенных интеллектуальный усилий, т.к. мы к нему не приспособлены и наше инстинктивное поведение, являющееся результатом приспособления к обычному – действительному – миру, здесь уже не помогает). По этому основанию к виртуальным мирам, помимо компьютерных виртуальных миров, относятся миры художественного вымысла (литературы, кино, картины...), например кэрролловский мир «Алисы в стране чудес» или мир «Сталкера» А. Тарковского. В концептуальном плане это более сильное понимание виртуальности, т.к. наш мир является одним из возможных миров, и поэтому он теряет свой исключительный статус не только по (одному) критерию продолжительности (постоянства): в виртуальных мирах можно варьировать любые характеристики.

(Третьим, теснее связанным с компьютерными технологиями, является понимание виртуальности как квазиреальности. Здесь виртуальная реальность предназначена для моделирования каких-то черт обычной реальности (как правило, с целью развития профессиональных навыков). Однако в концептуальном отношении это – частный случай ирреальности).

«Сумма» двух выделенных выше смысловых составляющих – вариабельности и ирреальности – очерчивает смысловое поле данного термина. Однако это объединение нужно понимать не просто как механическую сумму, а как синтез, в котором два эти концепта обогащают друг друга. Вариабельность как бы накладывается на ирреальность и получается новый тип ирреальности – динамическая ирреальность, т.е. такой мир, в котором не только его законы отличны от законов реального мира, но и сами его законы имеют динамичный характер (ср. с миром «зоны» из фильма «Сталкер»). Это самое сильное понимание виртуальности, когда виртуальный мир не только странен, но и непредсказуем. Т.е. виртуальность является невозможным возможным миром, в котором нарушаются самые «сильные» – логические – законы, например логический закон тождества, т.к. из-за его динамизма здесь не выполняется равенство А = А, а вследствие этого и закон непротиворечия, т.к. виртуальные объекты могут иметь противоречивые признаки. Тем самым под виртуальной реальностью можно понимать динамически подвижную среду, имеющую относительную временную непродолжительность, которая по своим параметрам (полностью или частично) отличается от статично-постоянной обычной реальности, причем законы этой среды сами имеют изменчивый характер.

Дополним концептуальный анализ некоторыми формальными соображениями, которые позволяют уточнить статус виртуальной реальности. Пусть тип реальности задается фиксацией параметров пространства (s) и времени (t). Варьируя эти параметры, можно получить четыре типа реальности (соответственно четыре типа объектов): физическую st-реальность (объекты которой являются пространственно-временными сущностями, т.е. существуют как в пространстве, так и во времени); метафизическую – непространственную и вневременную – st-реальность (объектами этого типа являются, например, идеи Платона); математическую st-реальность, или неподвижно структурированный мир, задаваемый, в частности, декартовой системой координат, которая может быть расширена за счет дополнительных измерений, например введением квазипространственного временного измерения (наглядным примером объекта этого типа является траектория, где собственно движения тела как динамического процесса уже нет, см. критику такого пространственного понимания времени у А. Бергсона)3; и наконец, st-реальность, которую, опять-таки вслед за Декартом, можно отождествить с ментальной реальностью. Виртуальную (в частности, компьютерную) виртуальность можно рассматривать как разновидность st-реальности. Тогда сформулированный выше тезис о соответствии сознания и Инета можно усилить: онтологическая однородность ментальности и виртуальности придает их взаимодействию особо сильный характер: виртуальная реальность, с одной стороны, является прямым порождением сознания, а, с другой стороны, она может оказывать существенно-непосредственное влияние на психику отдельного человека и сознание в целом.

Трансформация планетарного сознания: от демократии к анархии
Формирование планетарно-локусного сознания. Готовясь к телеконференции, посвященной «кантовской» проблематике «Как возможно творческое воображение?» (http://www.fido7.com/cgi-fido7/forumi.pl?user=Kant), и заручившись предварительным согласием на участие в ней нескольких моих (в основном московских) коллег из МГУ, ИФ РАНа, РГГУ, РУДНа, СПбГУ, Калининград. Гос. Ун-та (Кантовского общества), я столкнулся с тем, что наиболее активное участие в форуме приняли совершенно незнаковые мне люди из достаточно отдаленных уголков России, стран СНГ (Украина) и Америки, а приглашенные участники в лучшем случае ограничились «дежурными» выступлениями и/или репликами. Осмысление этого феномена приводит к формулировке следующего тезиса: использование инет-технологий позволяет, с одной стороны, преодолевать географическую разделенность людей и, с другой стороны, формировать небольшие и устойчивые группы единомышленников – информационные социальные локусы, или информационные (локальные) деревни в противоположность связанной с городом мегаполисно-изолирующему типу социальности (локальность vs. глобальность).

Размывание вертикальной стратификации социума. Этот феномен проявился особенно отчетливо в рамках проводимого мной учебно-научного форума «Философский практикум» (под этим названием расположены несколько ветвей под уникальными адресами: http://www.fido7.com./cgi-fido7/forumi.pl?user=phil01 (соответственно phil02-phil13); а наиболее продуктивным и интересным оказался форум под названием «Специфика способа бытия человека» – http://www.fido7.com./cgi-fido7/forumi.pl?user=phil04. Особенность проведения этого форума заключается в том, что первоначально он задумывался как «место» для «выкладывания» самостоятельных студенческих и аспирантских работ в рамках общеобразовательного курса «Философия», читаемого на разных (естественных) факультетах МГУ. Однако в силу присущей Инету открытости (ссылка на форум была дана на www/philosophy.ru) и анонимности (см. об этом ниже в п. 3.2.) он перерос статус чисто учебного мероприятия (наряду с явно ученическими работами на заданную тему появились совершенно неожиданные по своей зрелости сообщения) и превратился в научный форум, где мне (как модератору) приходится участвовать на равных, возможно, со своими аспирантами и студентами. Тем самым здесь был успешно преодолен важный социальный барьер ученик – преподаватель. Если развить и обобщить это явление, то можно выдвинуть тезис о размывании за счет инет-технологий вертикальной стратификации общества до-информационного типа.

Новые виртуальные методы управления. Одной из проблем моделирования инет-форумов, вставшей передо мной и заставляющей меня предлагать все более изощренные кодексы правил их участников, является развитие новых организационных форм социального управления, т.к. обычные административно-силовые формы управления, характерные для индустриальных обществ, в чистом виде уже неприменимы. Понятно, что эти формы управления уже не могут воздействовать на «физическое» тело виртуальных участников, однако в виртуальном пространстве Инета формируется новое виртуальное «тело» той или иной виртуальной личности. Здесь возможны два типа управления: 1 – «силовое» воздействие на виртуальное тело путем ограничения виртуального пространства (например, запрет на участие в том или ином форуме волевым решением модератора); 2. не-силовое воздействие на виртуальное сознание путем привития определенных моральных норм (виртуального) поведения (в качестве такового я предложил толерантный принцип презумпции умности, предполагающий уважение к мнению любых других виртуальных личностей).

Использование сетевых технологий, наряду с другим и информационными технологиями, позволяет говорить о развитии нового типа социальных отношений, которые, с одной стороны, превышают уровень глобализации (мегаполисность, транснациональные корпорации) и демократизации (формальное равноправие индивидов) технократического общества, а с другой стороны, преодолевают характерный для этого типа социума нарастающий уровень изоляции отдельного индивида (проблема одиночества). Этот тип социума может быть соотнесен с анархистским идеалом общества как «горизонтальной» совокупностью свободно сосуществующих небольших общин. В этом смысле новая виртуальная социальность противостоит существующему ныне жестко иерархизированному демократическому «дисциплинарному обществу».

Изменения в индивидуальном сознании: нарастание «волновых» эффектов
При проведении инет-форумов (возможно, при использовании других компьютерных технологий) можно отметить ряд интересных трансформаций стилевых характеристик индивидуального сознания (мышления).

В качестве первого выделим эффект полифоничности сознания по сравнению с монологичностью текста (доклада) и диалогичностью «живых» обсуждений. Это связано с тем, что некоторая отстраненность соучастников инет-дискуссий и возможность отложенной (немгновенной как в обычном диалоге) реакции позволяет реагировать не столько на то или иное отдельное сообщение, а сразу на группу сообщений, создавая комплексный ответ, который вбирает в себя разные «мотивы». При этом удается избежать такого (психологического), скорее негативного, эффекта «живого» обсуждения, как «появление умного ответа уже на лестнице».

Другим интересным эффектом является эффект распределенности сознания виртуальной личности, поскольку, благодаря анонимности, появляется возможность одновременного занятия разных виртуально личностных позиций, т.е. приходится одновременно участвовать в разных ветвях форума (разных форумах), порой отстаивая разные тезисы. Крайним выражением этого эффекта является «расщепление» виртуальной личности, т.к. Инет дает возможность одновременного участия в обсуждении под разными именами. Замечу, что ролевая вариабельность наблюдается и в обычной жизни (в разных ситуациях мы играем разные роли), а в истории мысли известны эффекты расщепления личности (автора): см., например, тексты С. Кьеркегора. Однако виртуальное пространство предоставляет гораздо больше технических возможностей для его реализации как в качественном, так и в количественном аспектах.

Еще одним эффектом трансформации индивидуального сознания является феномен автоматического письма (в данном случае я с уверенностью могу опереться только на личный опыт, но полагаю, что нечто подобное происходит и с другими участниками инет-общения). Основанием для этого эффекта является необходимость достаточно быстрого реагирования на инет-сообщения, т.е. часто приходится отвечать на то или иное сообщение (или группу сообщений) сразу же, «не отходя от компьютера» (замечу, (1) что этот эффект в чем-то противоположен эффекту полифоничности сознания; (2) для меня было полной неожиданностью, что за 3 месяца участия в интенсивно протекающем инет-форуме «Как возможно творческое воображение?» я написал в общей сложности около 10 п.л. (!), в то время как работа над обычным «книжным» текстом протекала достаточно вяло).

Осмысление этого феномена приводит к тезису о том, что инет-тексты уже не являются текстами в классическом смысле этого слова, а являются скорее «черновиками», или, если воспользоваться различением М. Маклюэна между устным и письменным, чем-то средним между устной речью и письменным текстом (хотя это нельзя трактовать как «возврат» к устной речи!). Если же воспользоваться другим, восходящим к психоанализу, различением разных уровней сознания (сознание vs. бессознательное), то порожденные с помощью «автоматического письма» инет-тексты могут быть отнесены к пред-рациональному – «нижнему», пограничному – уровню сознательности.

Другим, может быть частным, проявлением указанного эффекта является некоторая обрывочность мысли, более рваный (тезисный) стиль изложения без развернутой аргументации. Во-первых, (виртуальный) собеседник может понять главное и так; во-вторых, можно ссылаться на другие свои тексты: например, свои более ранние сообщения, находящиеся здесь же или же дать ссылку на электронный текст, находящийся в другом месте, но доступный мгновенно, благодаря техническим возможностям Инета (см. эффект гипертекста); в-третьих, всегда есть возможность дополнить свой более ранний текст, т.е. уточнить свою первоначальную – «черновую» – позицию. Хотя, надо заметить, что это нередко оборачивается простой неряшливостью мышления: «Интернет все стерпит», особенно, если ты «работаешь» под псевдонимом или анонимно4.

Развитие инет-технологий приводит к следующим изменениям сознания: 1 – «расширение» сферы сознания, виртуальное сознание включает в себя как «верхние» – надличностные – уровни, так и «нижние» – пред-сознательные – уровни; 2 – переход от однополярного к многополярному (без патологий) сознанию; 3 – (как следствие 1 и 2) увеличение степени «виртуальности» – вариабельности – сознания. Конечно, указанные эффекты наблюдаются не только в виртуальной компьютерной среде, но именно виртуальность является тем катализатором, который их многократно усиливает. В качестве методологической базы осмысления этих изменений сознания можно воспользоваться физическим корпускулярно-волновым дуализмом5. Сознание обладает не только устойчивыми корпускулярными свойствами, связанными с его физиологическим субстратом (мозгом), но и волновыми эффектами, которые являются надстройкой (т.е. свойствами метауровня) над первичными (корпускулярными) параметрами и проявляются в виртуальной среде гораздо в большей степени. Это требует изменения в методологии исследования виртуального сознания точно так же, как это произошло в физике микромира (квантовой механике), где волновые характеристики частиц стали сопоставимы с их корпускулярными параметрами в отличие от классического мира средних размеров6.

«Преодоление» индивидуального сознания: переход к пост-сознанию
Использование информационных технологий приводит и к более радикальным сдвигам сознания, что позволяет говорить не только о его трансформации, но и о преодолении индивидуального сознания новыми надындивидуальными структурами. Об этом свидетельствуют следующие наблюдения.

Феномен смыслового резонанса7 связан с тем, что виртуальное пространство является «местом» встречи разных сознаний и имеет много «входов» для их одновременного «подключения». Именно это и приводит к эффекту резонанса, когда мысли других участников форума приводят к «вспышке» новой мысли. Интересно отметить, что в музыке также есть сходный феномен аликвотных нот, когда при исполнении сложной (симфонической) мелодии возникают новые – аликвотные – ноты, отсутствующие в первоначальной партитуре и образующиеся путем «резонанса» звучащих гармоник. Видимо, сходные эффекты возникают при «мозговом штурме» и даже в ходе устного диалога и чтения книги, однако отсутствие в виртуальном пространстве телесных факторов и некоторая отстраненность виртуального общения (наряду с отмеченной выше интенсивной множественностью виртуальных сознаний) делает этот эффект более сильным. В концептуальном отношении этот эффект, с одной стороны, подтверждает тезис о нарастании волновых эффектов, а с другой стороны, свидетельствует о переходе к надындивидуальному – групповому – пост-сознанию.

Феномен гипертекста. Эта особенность электронных текстов уже неоднократно отмечалась и, наверное, исследовалась (хотя я еще не встречал толковых философских анализов). Суть гипертекста (в отличие от текста) в том, что он содержит систему ссылок на свои и чужие тексты, т.е. является не «закрытым», а «открытым» текстом. А это означает, что гипертекст уже не является, в точном смысле этого слова, индивидуально-авторским, т.е. моим, текстом (ср. с тезисом о «смерти автора» в постструктурализме: М.Фуко, Р.Барт): автор (сознание) как бы существует распределенным образом.

Феномен бриколажных (мета)текстов. Использование компьютерных технологий (перевод «книжных» текстов в «электронные» путем сканирования + их доступность через Инет) порождает новый тип реферативно-компилятивных (мета)текстов (их можно рассматривать как радикальный случай гипертекста), которые на 90–99% состоят из цитат, парафразов и целых (больших) кусков текстов других авторов. С этим я столкнулся при проверке аспирантских рефератов по философии к экзамену кандидатского минимума и первоначально не смог отличить авторскую «компиляцию» от простого (даже не «переписывания»!) переименования чужого текста. (Замечу, что проблему оценки такого рода текстов я решил положительно, поскольку они на самом деле рефераты). Более того, у такого рода текстов остается и функция авторства, которая проявляется в отборе, связывании и, может быть, кратком комментировании чужих текстов. Заметим, что сходный прием в музыкальном творчестве использовал И.Стравинский, когда в своем творчестве использовал музыкальные фрагменты других композиторов. В чем-то это напоминает феномен бриколажа, характерного, согласно К. Леви-Строссу [см. его «Неприрученную мысль»], для архаичного типа мышления. Как и в случае гипертекста функции авторства здесь существенно трансформируются: компилятор (бриколер) выступает здесь как мета-автор, а «созданный» им текст – как мета-текст.

Феномен человеко-машинных (пост)текстов. Однажды кто-то из моих коллег принес мне текст с просьбой оценить его качество. Текст произвел на меня странное впечатление: он был добротно сделан, но после его прочтения осталось странное ощущение пустоты, он был «мертвым», никакого резонанса не случилось. Так я впервые познакомился с машинным текстом, т.е. с текстом, созданным «интеллектуальным роботом», способным «выдавать» квазиосмысленные тексты при задании (человеком) первоначального набора терминов (один из примеров подобного рода – робот С. Дацюка http://rosd.org.ru/). Более того, сейчас делаются попытки порождения таких квази-осмысленных текстов и собственно людьми за счет отказа от использования определенных – классических – правил написания текстов. В качестве примеров можно указать на романы В. Пелевина, Вл. Сорокина, которые содержат фрагменты подобного рода, а в качестве более яркого – живого – примера тексты (с включением нецензурной речи) представителей Томского философского клуба, появившиеся на форуме «Судьба философии» (см. http://www.ozersk.ru/wtboard1/, а также сайт ТФК: http:/sites.tomsk.ru/aba/), которые я первоначально – и вполне искренне – оценил не как авторские, а как полностью «машинные» квази-тексты (памятуя о своем первом опыте). Собственно, авторскими в классическом смысле слова эти тексты и не являются, т.к. автор, как это указано в манифесте ТФК, при их написании стремится снять свою рациональность (сознательность в классическом смысле слова) и перейти к пост-рациональному сознанию. Если же вернуться к человеко-машинным текстам, то можно сказать, что здесь также происходит преодоление классической (субъектно-индивидуальной) рациональности (сознания) надындивидуальным человеко-машинным интеллектом.

Фактически здесь идет речь о формировании нового типа сознания, которое уже не является субъектно-индивидуальным, а представляет собой постклассическое (гипер)сознание. Преодоление – «смерть» – классического субъекта происходит путем формирования группового сознания в «сети» (форумах, чатах...) и человеко-машинного интеллекта при совместной деятельности человека и ЭВМ. Однако я бы не стал на основании говорить о радикальном переходе от досетевого к сетевому сознанию, поскольку это хотя и отчетливая, но пока не имеющая устойчивого и необратимого характера тенденция.

Общий итог. В настоящее время («настоящее время» поглощает собой «эпоху Инета»!) можно констатировать определенные черты ПЕРЕХОДА от (классического, рационального) СОЗНАНИЯ к (пост-рациональному) ПОСТ-СОЗНАНИЮ, которое связано с расширением сферы сознания за счет включения в нее архаичного, пред- и пострационального мышления, надындивидуальных структур группового и человеко-машинного интеллекта.

Пролегомены к концепции виртуального человека
В заключении позволим себе подняться над методологической строгостью введения и фактологической приземленностью основной части и высказать (тезисно) одну «смелую догадку» (И. Лакатос).

Выше мы говорили о виртуалистике, которая вместо единственного реального мира с более или менее константными характеристиками рассматривает целый класс возможных миров (включая и невозможные возможные миры). При этом каждой константной характеристике нашего мира можно поставить в соответствие спектр возможных значений виртуальной переменной, по которым она пробегает; устойчивая (неизменяемая) «корпускула» нашего мира превращается в подвижную виртуальную «волну», – и тогда наш мир превращается в один из возможных виртуальных миров, в такой мир, в котором каждая виртуальная (переменная) характеристика получила вполне определенное фиксированное значение, а виртуальная волна застыла в неподвижности и превратилась в устойчивую вещь. Тем самым наш мир является лишь частным (вырожденным) случаем, превращенной формой мира вообще, о законах которого мы можем лишь догадываться, изучая их «частичные проекции» в нашем мире. Так понятая виртуалистика не может предрешить точную формулировку этих всеобщих законов мира вообще, который является почти неуловимым метамиром, распадающимся на множество частичных возможных миров, как только мы пытаемся его зафиксировать для последующего изучения; она лишь указывает на ограниченность их проявлений в любом конкретном, в том числе и нашем, мире, т.е. она является критикой (в кантовском смысле), стремящейся ограничить притязание частного (частичного) разума.

Современная позитивистика и номиналистически настроенная мысль трактует человека как индивидуальное существо, состоящее из тела и души (сознания, разума). Обе эти «составляющие» человека вполне определены (взаимным ограничением друг друга) и, что важно для нашего анализа, занимают вполне определенное пространственное положение. Мое тело – это вполне определенных размеров «масса», находящаяся вот здесь, совсем рядом, «у меня под носом». Мое сознание – это то, что локализовано у меня в мозгу («выше носа») и является его – мозговой – функцией, хотя на «работу» сознания опосредованно, через нервную систему, влияют и другие части (органы) тела.

Вместо этого мы говорим о виртуальном человеке. У него также есть виртуальное тело и виртуальное сознание, но, и в отличие от обычного человека, они не являются строго определенными и локализованными: местоположение и границы виртуального человека точно не определены, он как бы окружен виртуальным облаком и/или «размазан» в пространстве и времени. Другими словами, виртуальный человек распределен по некоторому виртуальному пространственно-временному интервалу.

Виртуальный человек конечен, поскольку в виртуальном мире есть и другие виртуальные личности – монады, т.е. он похож на лейбницевско-кантовскую монаду, каждая из которых имеет свою «сферу влияния» (тем самым виртуальный мир, состоящий (только) из монад, не терпит пустоты)8. Но конечность виртуальной монады также виртуальна: это вариабельная конечность (переменных размеров).

Виртуальный человек – это виртуальная волна, которая пробегает по множеству значений, принимая каждое из них, тем самым находясь в состоянии перманентного изменения. Причем это не надо понимать так, что каждый раз виртуальный человек принимает «значение» какого-либо определенного тела и/или сознания; конечно, это возможно (как частный случай), но более вероятна ситуация, когда он распределен между разными сознаниями и/или телами.

Виртуальный человек – это вечный (виртуальный) странник и космополит, поскольку у него нет постоянного дома, или же его (виртуальным) домом является (в потенции) весь (виртуальный) космос: но этому мешают, во-первых, другие монады, которые ограничивают его тело, и, во-вторых, его конечность, которая ограничивает его сознание.

Если же мы, как сторонние наблюдатели, фиксируем его (наше) местоположение (параметры), то виртуальный человек превращается в обычного человека (ср. с кантовским различением трансцендентального и эмпирического Я), идентифицирующего себя со своим локализованным (в пространстве) телом и (во времени) душой.

Развитие компьютерных технологий виртуальных миров позволяет дать некоторое представление о виртуальном человеке9. Компьютерный, сетевой, виртуальный человек состоит из виртуального тела и виртуального сознания. Под виртуальным телом можно понимать «внешнюю» представленность виртуального человека в виртуальном пространстве, т.е. тот набор его виртуальных имен (nickname), паролей, электронных почтовых адресов (e-mail), личных web-страничек, форумов и чатов, где он участвует, – виртуальных «идентификаторов», которые задают его виртуальную конфигурацию. Виртуальное тело является надстройкой над субстратно-вещественными телами и может включать в себя не только собственное (физическое) тело, но и тела других людей (если речь идет, например, о формировании информационного локуса), «хардовую» составляющую компьютерного комплекса. Виртуальное тело – это переменная величина, которая позволяет идентифицировать виртуального человека с тем или иным местом (или рядом мест, с учетом феномена распределенности) в виртуальном пространстве (заметим, что такая виртуально-телесная идентификация может не совпадать с физическим телом реального человека, поскольку виртуальный человек может полностью или частично его покидать во время своих виртуальных странствий).

Под виртуальным сознанием можно понимать «внутреннюю» составляющую виртуального человека, т.е. его активность, набор его интенций10. Например, сейчас мое виртуальное сознание нацелено на написание этого предложения (текста). Здесь можно выделить две особенности виртуального сознания. Во-первых, виртуальное сознание, в отличие от обычного сознания, которое существует только здесь и сейчас, распределено по некоторому временному интервалу, соответствующего времени написания этого текста, в частности, оно не только в настоящем и прошлом, но и в будущем, т.к. текст еще не написан, но написание вот этого слова невозможно без этой «целевой», из будущего в прошлое, детерминации. Во-вторых, виртуальное сознание (при написании этого текста) не совпадает полностью с моим эмпирическим Я (индивидуальностью), а распределено по некоторому виртуально-смысловому интервалу, так как вместе со своими собственными мыслями при написании этого текста я, отождествляя себя с ними, актуализирую мысли тех, на кого явно или неявно ссылаюсь. Мое эмпирическое Я как бы пробегает по значениям этого смыслового интервала, одно из которых и является собственно моим (обычным) сознанием. Т.е., как и в случае с виртуальным телом, виртуальное сознание является метауровневой надстройкой, распределенной по множеству обычных сознаний и других мысленных сущностей: например, в момент окончания текста, когда я сосредоточен только на себе, вероятность совпадения моего виртуального и обычного сознания приближается к 100%.


ЛИТЕРАТУРА
1. Катречко С.Л. Специфика философского дискурса // Философия в современном мире: опыт философского дискурса. М., 2003. С. 23–233.
2. Катречко С.Л. О концепте числа // Доклад на Всероссийской конф. по философии математики. Подмосковье (Красновидово), сент. 2002 г.; http://www.philosophy.ru/library/katr/.
3. Катречко С.Л. «Волновая» онтология как четвертый тип онтологии // XXI век: будущее России в философском измерении (материалы 2-го Рос. фил. конгресса в 4 т.). Т. 1. Ч. 2. С. 47–48.
4. Лейбниц Г. Новая система природы и общения между субстанциями, а также о связи, существующей между душой и телом // Лейбниц Г. Сочинения. Т. 1. С. 272.

ПРИМЕЧАНИЯ
1 Что, конечно же, не исключает «переворачивания» этого отношения в будущем. Для будущих поколений Интернет будет выступать как «естественная» среда обитания, т.е. выступать как определяющий член отношения. Отметим, что впервые возможность подобного – диалектического – переворачивания отношения подчинения (на примере отношений господина и раба) рассмотрена Гегелем в «Феноменологии духа».
2Заметим, что момент динамичности тоже присутствует в физике микромира, т.к. виртуальные частицы вводятся для объяснения (динамики) взаимодействия между обычными (константными) частицами.
3 Данный текст не позволяет развить тему специфики математической реальности [более подробный анализ дан в 2]. Произведенное здесь «исключение» из математики времени на первый взгляд несколько произвольным. Ситуация прояснится, если заменить концепт пространства на более общий концепт структура: математика изучает статичные – не-динамичные – структуры. Заметим, что возможность временной – вычислительной (алгоритмической) – математики здесь не исключена, но по своему статусу она близка к четвертому типу ментальной (st) реальности; поэтому не случайна связь между вычислительной математикой «алгоритмами» (работы) мозга.
4 Коротко упомянем о такой стилистической особенности инет-сообщения, сходной с феноменом автоматического письма, как телеграфный стиль (с другой стороны, эта стилистическая особенность связана с уже сложившимся в Инете своим сленгом, который иногда (меня) просто шокирует). В рамках инет-языка приветствуются всевозможные сокращения, хотя нечто подобное проявляется и в нормальном – живом – общении в среде молодежи. Например, слово компьютер заменяется на более короткое комп, а термин Интернет – на Инет.
5 Заметим, что в случае общественного сознания эта методология уже используется. В частности. М.Розов привлекает для анализа понятие социального куматоида [см. также 3].
6 Заметим, что аналогия между волновыми свойствами (виртуального) сознания и квантовой механикой заслуживает более пристального внимания. Например, отмеченный эффект распределенности сознания подобен квантово-механическому феномену вероятностной «размазанности» элементарных частиц в пространстве.
7Этот феномен был впервые определен мной на форуме «Как возможно творческое воображение?» в сооб. http://www:fido7.net/cgi-bin/forumm.fpl?user=Image&num=194, а концептуальную проработку получил у С.Борчикова http://www.fido7.net/cgi-bin/forumm.fpl?user=Kant&num=279 (см. также сооб. №№ 307, 308, 310, 311). Заметим, что концептуальная проработка этого феномена на инет-форуме является его прекрасным примером (подтверждением).
8 Лейбниц мыслил свои монады как некоторые безразмерные (вне-пространственные) метафизические точки [4]. Наша интерпретация монад ближе к Канту, который в своей «Физической монадологии» представил монаду как пространственную сущность переменных размеров, т.е. как виртуальную (в нашем понимании) точку.
9 Понятно, что эта модель неполна и груба, но тем не менее она интересна именно как первая модель.
10 Данная фраза, кажется, однозначно решает вопрос о первичности виртуального сознания над виртуальным телом, поскольку (моя) интенция предопределяет мое виртуальное местонахождение. Но есть и обратная детерминация: привлекательность какого-либо компьютерного ресурса может «приковать» к себе (виртуальное) сознание.

© С.Л. Катречко