Критика Гегеля
Главная  Критика Гегеля  Федулаев
Кому он нужен, этот Гегель?
Перед    вами    произведение    трудноопределимого    жанра,    принадлежащее    перу
Л.Е. Федулаева, по-видимому, физика, понявшего несостоятельность философских оснований этой самой заносчивой науки последних четырех столетий. Произведение является частью более обширного труда "Третье явление библейского яблока", опубликованного на сайте sciteclibrary.ru. Сохранен авторский формат подачи текста.
Автор, как и положено физику, явный материалист, но это – его проблема, главное, что он увидел у Гегеля то, что недоступно пониманию наукопоклонников и прочих позитивистов. Физика давно уж выродилась в математику, что оказалось неизбежным по причине ее методологического греха, порожденного Ньютоном, на что ненавидимый физиками Гегель указывал 200 лет назад. Так что пресловутая физика "позволяет считать, но ничего не объясняет". Хочется, чтобы почаще звучало, как в данной работе: "Конечно, мы выпили – за Гегеля!"

Кому он нужен, этот Гегель?

Отрывки из главы, опущенной автором из опасения «растекания» темы.

МОСКВА

ИЮЛЬ 2001

КОЛОМЕНСКОЕ

уединенные тропинки парка

ЮБИЛЕЙНОЕ ЗАСЕДАНИЕ

ФИЛОСОФСКОГО ОБЩЕСТВА ПЛАНЕТЫ

Посвящается 200-летию философской диссертации Гегеля.

Тема: Философское наследие Гегеля и современность.

 

Я жизнь свою науке посвятил,

Служил познанью, не жалея сил,

Возвел самопознанье на престол я,

На божество успешно штурм повел я,

Но мне стать жертвою невежд пришлось, -

Меня истолковали вкривь и вкось.

Энгельс.


Председатель: Фридрих Энгельс.

Ассистирует Ваш покорный слуга. (Им и записаны некоторые мысли из выступлений участников. - К сожалению, господа, не всегда удавалось записать имена выступавших.)

 

- Позитивист. - Кому он нужен, этот Гегель?

 

- Бертран Рассел, - «Почти все учение Гегеля ложно» [28, 747], а сущность у него есть «безнадежно сбивающее с толку понятие» [29, 26].

 

- Диалектический материалист. Невольно вспоминаются слова египетских жрецов Солону, - о Солон, Солон, вы Греки, как дети, вы ничего не знаете о седых знаниях прошлого, - мы ничего не знаем о Гегеле.

На основе гегелевского учения о сущности написано материалистическое понимание истории, - вершина социологической мысли второго тысячелетия. Другое дело, что оно искажено идеологическим прагматизмом и по достоинству не оценено, - ему, несомненно, придет черед.

 

- Ленин. «Нельзя вполне понять «Капитала» Маркса и особенно его I главы, не проштудировав и не поняв всей Логики Гегеля. Следовательно, никто из марксистов не понял Маркса…» [11, 162].

         

- Энгельс. Не оценена  классификация наук Гегеля, а она-то как раз и базируется на учении о сущности. У Гегеля «синтез наук о природе и их рациональная группировка представляет собой большее дело, чем все материалистические глупости, вместе взятые» [6, 520].

Эта классификация дает, наконец, выход на

структуру природы,

 

без которой никогда не создать стройной системы научного знания.

 

- Ассистент, - структура природы, - это что-то вроде формулы любви?

 

- Кто-то из Греков. Это от нас пошло, - идея взаимосвязи структуры природы и структуры знания.

Мы так думали, - по мере развития философии объектом ее изучения сделается шаг за шагом все наиболее ценное в природе, в перспективе - весь мир. Но и философию, вместе с тем, ожидают большие перемены. Это в наше время философ занимался и звездами, и земледелием и Богами. По мере роста накапливаемого знания все труднее удержать его одному человеку, и знание будет дифференцироваться по конкретным объектам исследования.

От философии начнут отпочковываться в качестве самостоятельных науки, ориентированные на изучение конкретных сфер действительности.

Но что в этом процессе более существенно, так это то, что будут дифференцироваться по конкретным наукам и сами объекты действительности. Каждая наука сосредотачивается ведь на изучении объектов родственных, отличающихся от других, выделяющихся своей самобытностью.

Но в то же время природа есть единое целое, где все взаимосвязано, - происходит друг от друга, друг на друга влияет, распадается одно на другое и появляется из него, и что ведь получается? - взаимосвязь объектов природы как раз и есть взаимосвязь наук, эти объекты изучающих.

Мы думали, что вместе с дифференциацией наук перед философией шаг за шагом будет все острее вставать проблема их синтеза, сведения в единую систему, и вот тогда, сквозь призму этой естественной классификации наук, увидим мы может быть, наконец,

структуру природы.

 

Исследователь Гегеля. – Нет переводов Гегеля. Нет ни на русском, ни на английском. Гегеля надо переводить с идеалистического на материалистический, и в этом смысле нет переводов Гегеля и на своем родном немецком языке.

Язык Гегеля перешел в разряд мертвых языков, он и для специалистов непонятен. Особенно «Логика», «Энциклопедия». Сознание за эти два века впитало материализм до такой степени, что мировоззрение, где природа – всего лишь отблеск некой идеи, существующей  до природы, и развивающейся по своим законам просто не находит у современника аналогий.

 

- Энгельс. «…у Гегеля сотворение мира принимает нередко еще более запутанный и нелепый вид, чем в христианстве» [27, 283].

 

Наблюдается парадокс, обращаясь к Гегелю, Читатель попадает в театр абсурда. Создается даже впечатление, что рекомендовать эти вещи неподготовленному читателю скорее приносит вред, отталкивает от Гегеля. Изучающий Гегеля должен смирится, что уйдут годы на изучение самого мировоззрения объективного идеализма, прежде чем начнет проясняться смысл гегелевских конструкций. Посмотрите, какие столпы науки проходят мимо гегелевского наследия?

Рассел, уже отмечали, отметает учение о сущности, если не все наследие Гегеля вообще.

Больцман связывает эволюционную теорию с Дарвиным.

 

- Климонтович, Ю. «Больцман назвал XIX столетие веком Дарвина. Он полагал тем самым, что теория эволюции Дарвина, основанная на принципе естественного отбора, является наиболее значительным открытием прошлого века [50, 109].

 

Не умаляя заслуг Дарвина, сдается все-таки, что говорить об эволюционной теории забывая о Гегеле несправедливо. Эволюционная теория есть применение к живым организмам гегелевского учения о развитии.

 

- Энгельс. “Великая заслуга (Гегеля, - Л.Ф.) …состоит в том, что он впервые представил весь природный, исторический и духовный мир в виде процесса, т. е. в беспрерывном движении, изменении, преобразовании и развитии, и сделал попытку раскрыть внутреннюю связь этого движения и развития. ..адача мышления свелась тетерь к тому, чтобы проследить последовательные ступени этого процесса (выделено мной, - Л.Ф.) среди всех его блужданий и доказать внутреннюю его закономерность среди всех кажущихся случайностей”[26, 19].

 

Идеями развития после Гегеля был буквально пропитан воздух столетия.

- Бертран Рассел. «В конце XIX века ведущие академические философы как в Америке, так и в Великобритании были в большинстве своем гегельянцами» [28, 747].

 

Дарвин дышал тем же воздухом.

         

          - Ленин. Идея универсального движения и изменения (1813, Логика) угадана до ее применения к жизни и к обществу. К обществу провозглашена раньше (1847), чем доказана в применении к человеку (1859)[1][11, 127].

 

На Гегеля была мода!

Двор королевский, и тот сделал философию Гегеля своей официальной философией, - когда еще такое было в истории?

«В «Происхождении видов», - пишет К. Вилли[2], - Дарвин перечислил два десятка мыслителей, серьезно рассматривавших теорию эволюции; к их числу относился его собственный дед, Эразм Дарвин (1731-1802), и французский ученый Ламарк (1744-1829)» [30, 626].

Сейчас, на рубеже III тысячелетия, идея эволюционизма центральная в науке, - даже и Ватикан признал! О Гегеле не вспоминают, - идея оторвалась от своего творца. На празднике эволюционизма автора вы не встретите среди приглашенных.

 

- Энгельс. «…то, что некоторый всеобщий закон развития природы, общества и мышления впервые был высказан в его общезначимой форме, - это всегда остается подвигом всемирно-исторического значения» [6, 49].

         

Вернемся к ньютоновскому «притяжению», - это же надо, дотащили до третьего тысячелетия!

Это нормальное положение, когда теория вступает в жизнь с «шероховатостями», спорными положениями, не до конца исследованными областями, она дает толчок их исследованию, а тем и себя «доводит до блеска». Но если десятилетия (и столетия!) не даются ответы на самые острые вопросы, то все больше и больше заявляет о себе мысль, что дело здесь не в точности расчетов, не в чистоте экспериментов и не в их количестве, - дело в методологической ошибке.

В той самой физической форме, о которой молодой Гегель ставил вопрос в своей философской диссертации, - «…та физическая форма, в которую он (Ньютон – Л.Ф.) облек свои математические рассуждения, должна быть отделена от них, и философии надлежит решить вопрос об истинном в ней» [2, 252].

 

- Кто-то из средневековья. Позволительно будет напомнить господам философам о неписаном «предчувствии», - что делать, и мы не лишены суеверий, - сроки, отпущенные на ликвидацию «белых пятен» не беспредельны. В добрые старые времена считали, что 200 лет - это предел, когда есть смысл теорию дорабатывать, после – только перерабатывать, т. е. разбираться с физической формой.

- 300 лет – это уже беспредел.

Можно бы, пожалуй, и прислушаться к философу.


Искривление пространства, или имеет ли вес эфир?

- Философ социалистической эпохи. Одно из наиболее понятных большинству открытий Эйнштейна, - звездное небо, оказывается, не такое, как мы его видим.

Лучи света от далеких звезд, проходя на своем пути мимо крупных космических масс, отклоняются под воздействием сил их «тяготения», и в результате мы видим положение звезды на небосводе не в том месте, где она действительно находится.

Но вопрос, - какая энергия затрачивается на отклонение светового луча (где ее источник?), - даже не ставится! Как и во времена Ньютона.

Как может одно «Нечто» воздействовать на другое «Нечто» и изменить направление его движения, не затратив при этом никакой энергии?

Весь тысячелетний опыт науки восстает против этого.

Товарищ, - обращается к Ленину, - мне в душу запал Ваш бессмертный лозунг, - коммунизм есть советская власть плюс электрификация всей страны.

Позвольте использовать схемку, - физика минус энергия есть математика.

 

- Барри Паркер. Феномен «притяжения» у Эйнштейна объясняется тем, что наличие массы искривляет вокруг нее пространство, и планеты, двигаясь в этом пространстве по прямой, в действительности описывают окружность [21, 37].

 

- Ассистент. Вы, господин Паркер, сами писали, что мысль об искривлении пространства вызывает у некоторых мысль об искривлении мозгов [21, 38], но пространство-то здесь искривляется опять без затраты энергии? Легко вам, однако, …пространства искривлять.

 

- Эйнштейн. «Луч света несет энергию, а энергия имеет массу. Но на всякую инертную массу поле тяготения оказывает воздействие, так как инертная и тяжелая масса эквивалентны. Луч света будет искривляться в поле тяготения точно так же, как искривляется траектория тела, брошенного горизонтально со скоростью, равной скорости света» [71, 195].

 

          На «всякую» ли? Вес у массы может быть и не быть. Судя по тому, - масса чего? Механизм возникновения веса распространяется только на вещество, но есть же еще материальная субстанция, которая наполняет пространство между элементарными частицами вещества. Это как раз и пытается объяснить Гегель, уже 200 лет, - первичная материальная субстанция космоса (как бы мы ее не называли, - эфир, поле, физический вакуум, «темная» материя), - «материя в состоянии своего наибольшего расширения» знает только отталкивание, но не притяжение.

          На это же в своих раздумьях выходит и Энгельс.

 

          «Материален ли эфир? Если он вообще есть, то он должен быть материальным, должен подходить под понятие материи. Но он совершенно лишен тяжести» [6, 211].

Энгельс.

 

Что до Эйнштейна, то впрочем, можно и согласится, - «на всякую массу».  Эйнштейн не знает состояния материи,  иного, чем вещество. Фотоны у него (кванты света) есть неделимые частицы (материальные) и летят как «пули» (в пустом к тому же пространстве), - это ли не вещество? Эйнштейн не знает состояния материи - не имеющего веса!

И это незнание впитала физика ХХ века.

         

«В физике под понятием материя понимают все виды существования вещества» [34, 150].

Энциклопедический словарь юного физика. Статья «Материя».

 

          Эйнштейн отмечает, что искривление светового луча полем тяготения получило экспериментальное подтверждение:

- Эйнштейн. «Поле тяготения Земли, конечно, очень слабо для того, чтобы искривление светового луча в нем можно было обнаружить непосредственным экспериментом. Но известные опыты (выделено мною, - Л.Ф.), проделанные во время солнечных затмений, убедительно, хотя и косвенно, показывают влияние поля тяготение на путь светового луча» [71, 195-196].

 

Автору, правда, приходилось читать, - отклонение светового луча при экспериментах во время солнечных затмений настолько малы, что вызывали подозрения, - такие отклонения могут быть вызваны погрешностью измерительных приборов, или преломлением светового луча атмосферой?

 

- В. Ацюковский. «Пространство искривляется, время замедляется. Правда, к сожалению, оказывается, что кривизна пространства-времени непосредственно измерена быть не может, но это никого не смущает, так как эту кривизну можно вычислить» [49, 6].

 

Достойны внимания в этой связи мысли В. Ацюковского об экспериментальном подтверждении Теории относительности.

 

- В. Ацюковский. «Внимательно проштудировав все доступные первоисточники, автор к своему изумлению выяснил, что нет и никогда не было никаких экспериментальных подтверждений ни СТО, ни ОТО. Они или приписывают себе то, что им не принадлежит, или занимаются прямой подтасовкой фактов» [49, 10].

 

- Ассистент, - надо бы по Вселенной расставить таблички, - «Пространства не искривлять!».

 

 

Микромир.

А что сегодня творится в микромире, - то принцип причинности теряем, то информация о микромире включает в себя субъективный элемент.

 

          - Эйнштейн. «Современные физики считают неудовлетворительным не только требование строгой причинности, но и постулат реальности, не зависящий от какого либо измерения или наблюдения»*[74, 26].

 

- Комаров. «…законы науки не являются зеркальной копией законов природы: в них всегда содержится нечто, привнесенное человеком» [36, 76].

 

- Ленин, - «В области естественных наук человека, который сказал бы, что законы явлений естественного мира - фантом, посадили бы в дом сумасшедших» [22, 46].

 

          Ассистент, - Позвольте, Владимир Ильич, но если в ХХ веке руководствовались бы вашими мерками, то сумасшедших домов бы не хватило.

 

Прискорбно другое. Приходится констатировать, что так же как у Ньютона математическим рассуждениям была, по мысли Гегеля, придана неправильная физическая форма, случилось и с математическими рассуждениями Эйнштейна, - знаменитой формуле Эйнштейна – [E = mc2] была так же придана неправильная физическая форма.

О  переходе материи в энергию, представляется, стали говорить как раз именно на основании этой формулы. И это после того, как были открыты фундаментальные законы природы о сохранении материи и энергии, - великие открытия, как их охарактеризовал Энгельс.

 

Энциклопедический словарь юного физика. – «Энергия может переходить в поле, а поле – в частицы» [34, 32].

 

Т. Феррис. «Вселенная, которую мы знаем, в один прекрасный день перестанет существовать. …Материя превратится в энергию, как превратилась в материю начальная энергия «Большого взрыва» [33, 19].

 

Б. Паркер. «Эддингтон задумался над тем, не происходит ли превращение материи в энергию. Не может ли часть массы звезды переходить в энергию? Если да, то согласно уравнению, незадолго до того выведенному Эйнштейном, должно высвобождаться огромное количество энергии. Эддингтон пришел к выводу, что именно этот процесс (выделено мною – Л.Ф.) и является источником энергии звезд.

Эддингтон был буквально осыпан наградами: ему были присвоены 12 почетных степеней, присуждена золотая медаль Королевского астрономического общества, в 1930 году он получил дворянство, а в 1938 году – очень почетный орден «За заслуги» [21, 67].

 

Ассистент (возмущенно), – а у меня и медали нет!

 

На деле такое толкование формулы Эйнштейна есть отказ от законов сохранения и материи и энергии[3] . Энергия есть мера движения, движение есть свойство материи, - материя что, переходит в свое свойство?

 

Диалектический материалист. – Это же Великое Объединение материализма с идеализмом, - объект переходит в свое свойство.

Красное яблоко переходит в «красное», а потом - наоборот, летящее после броска яблоко превращается в «летящее». Именно так у нас сегодня в физике с материей.

 

Ассистент, - Опять этот Чеширский кот, - «кота не было, была его улыбка».

 

Не переход материи в энергию, а переход материи из состояния вещества, - сгустка плотности материи, - в состояние поля (эфира, как состояния материи в своем максимальном разряжении, - Гегель [2, 261]). Переход с выделением энергии, которой материя в состоянии вещества потенциально обладала, - эта энергия тратилась на поддержание неравновесия плотности материи в состоянии вещества в сравнении с плотностью материи среды.

Рождение элементарной частицы, - создание сгустка плотности материи из ее разряженного состояния требует затрат энергии, аккумулированная этим сгустком энергия является нам квантами электромагнитного излучения при потере элементарной частицей своей устойчивости.

Только материи здесь не убывает и не прибавляется, она только меняет состояние, - переходит из состояния вещества в состояние поля (у Гегеля это – эфир).

 

Энгельс, - «Нельзя теперь взять в руки почти ни одной теоретической книги по естествознанию, не получив из чтения ее такого впечатления, что сами естествоиспытатели чувствуют, как сильно над ними господствуют этот разброд и эта путаница.…И здесь действительно нет никакого другого выхода, никакой другой возможности добиться ясности, кроме возврата в той или иной форме от метафизического мышления к диалектическому» [6, 28].

 

          Двести лет как сформулированы законы развития, а физика у нас, наверное, последний оплот, как говорил Гегель, - неслыханной метафизики. Сингулярность, Большой взрыв, параллельные Вселенные. Бесконечное сжатие материи в Черных дырах, – Большой взрыв наизнанку, - это же апофеоз линейности мышления. Стоит только высунуть голову из математических абстракций, как ничего подобного в нее уже не придет.

 

Ацюковский В.А. «…абстрагированная от реальности математизация физики оказали науке в конечном итоге плохую услугу, явно заведя физику в тупик…. И это, безусловно, связано с непониманием глубинной сути структуры вещества, физических процессов, полей, взаимодействий.

          …Всевозможные теоретические несообразности типа «парадоксов», «сингулярностей» и т. п. стали лечиться «калибровками», т. е., попросту говоря, подгонкой теории под экспериментальные данные, хотя суть теорий при этом не трогалась. …А все процессы по-прежнему сводятся к пространственно-временным искажениям, а не к скрытым формам движения материи (выделено мною – Л.Ф.), и никакого продвижения в понимании внутренней сути явлений нет и в помине [42, 268-269].

 

          Ассистент (себе под нос). – Есть же, оказывается, кто видит эти несуразности. Может все-таки доживу, когда сингулярность* станет ругательством.

 

          Заседание заканчивалось, участники один за другим возвращались в свои века, и автор остался с Энгельсом вдвоем.

(Конечно мы выпили, - за Гегеля!)

 

Прогулка с Энгельсом.

Энгельс.  - Как Вам видится «сегодня», - «после того как… естествознание в своих теоретических запросах было столь безнадежно оставлено в беспомощном положении ходячей эклектической метафизикой, - может быть, станет возможным опять заговорить перед естествоиспытателями о Гегеле, не вызывая этим у них той виттовой пляски, в которой так забавен г-н Дюринг?» [6. 30]. 

 

Автор.  - Не очень-то я оптимист, но стал замечать в разговорах, - и именно со стороны естествоиспытателей, - выражения типа, - ну, это должна решать философия.

В ХХ веке такое было немыслимо. В лучшем случае вызывало бы ухмылку, но чаще - сомнение в интеллектуальном здоровье. Век без философии. Тогу философов надевали, правда, многие, но…

Выдающихся открытий много. В физике букет теорий, но о них можно сказать лишь то, что Вы заметили о теории Ньютона, - она позволяет считать, но ничего не объясняет. Это теоретическое естествознание, и то в лучшем случае, чаще же экспериментальное, на которое единственно и опирается практика. Теоретические выкрутасы ХХ века с претензией на философию не имеют похоже к техническому прогрессу никакого отношения.

Как не имеют они отношения и к философии.

 

Энгельс.  - А как с классификацией наук, той, что отражает структуру природы?

          «В конце прошлого века[4]… обнаружилась потребность энциклопедически резюмировать все естествознание старой ньютоно-линнеевской школы, и за это дело взялись два гениальных человека – Сен-Симон (не закончил) и Гегель. …Но так как теперь в природе выявлена всеобщая связь развития, то внешняя группировка материала в виде такого ряда, члены которого просто прикладываются один к другому, в настоящее время столь же недостаточна, как и гегелевские искусственные диалектические переходы. Переходы должны совершаться сами собой, должны быть естественными. Подобно тому как одна форма движения развивается из другой, так и отражения этих форм, различные науки, должны с необходимостью вытекать одна из другой» [6, 216].

 

Автор.  - Какая там «Структура природы»….

Царит Конт, и у нас и у них, - т.е. у Ваших англичан, и у Ваших немцев. Тот самый Конт, о котором Вы писали, что он и автором-то этой классификации не является.

 

Энгельс.  - «Как мало Конт является автором своей, списанной им у Сен-Симона, энциклопедической иерархии естественных наук, видно уже из того, что она служит ему лишь ради расположения учебного материала и в целях преподавания…» [6, 216-217].

«Классификация наук, из которых каждая анализирует отдельную форму движения или ряд связанных между собой и переходящих друг в друга форм движения, является вместе с тем классификацией, расположением, согласно внутренне присущей им последовательности, самих этих форм движения, и в этом именно и заключается ее значение» [6, 216].

«Мышление, если оно не делает промахов, может объединить элементы сознания в некоторое единство, если в них, или в их реальных прообразах это единство уже до этого существовало»[5][26, 37].

 

Мы прощались, Энгельс протягивает руку.

 

Автор.  - Не хотелось бы, Генерал[6], расставаться надолго. Не дают мне покоя Ваши мысли по поводу мыслей[7]Гегеля о структуре природы.

 

 

Но это уже другое «светлое озарение» над страницами Гегеля,

и о нем, дай Бог, в другой книге.



[1]В.И. Ленин имеет в виду появление трех следующих произведений: Г.В.Ф. Гегель. «Наука Логики» (первые две книги вышли в 1812 и 1813 годах); К. Маркс и Ф. Энгельс. «Манифест Коммунистической партии» (написан в конце 1847, вышел в свет в феврале 1848 года); Ч. Дарвин. «Происхождение видов» (опубликовано в 1859 году).

[2]В университете автор учил биологию по К. Вилли.

* Эйнштейн. Физика, философия и научный прогресс. 1950

[3]Автор абсолютно убежден, что эта же формула может быть прочитана и материалистически. Все зависит от того, какая парадигма завелась у мыслителя в голове.

* Рождение Вселенной из одной точки.

[4]Энгельс живет в 19 веке, и речь соответственно идет о веке 18-м.

[5]Выделено Энгельсом – Л.Ф.

[6]Генералом называли Энгельса в кругу друзей, автор надеется, что заслужил этой чести.

[7]Мысли по поводу мыслей, - это не каламбурчик. Непонимание разрозненных, не нашедших еще у Энгельса развития заметок по философским вопросам естествознания обязано в значительной степени непониманию того, что это мысли Энгельса по поводу мыслей Гегеля. (Ср. «Диалектику природы» и «Философию природы», §§ 269-270.) Англичане ушами прохлопали своего гения (Англия для Энгельса вторая родина) так этого и не поняв.

Мы тоже хороши, но поскользнулись на другом, - на борьбе с идеализмом, вместо его критического усвоения. Всю жизнь, например, посвятил Кедров учению Энгельса «о формах движения материи», и сам его похоронил. А истоптал вокруг всю траву, подошел вплотную к проблеме, - ему бы хоть одним глазом да посмотреть на тезис, - «Природа должна быть рассмотрена как система ступеней» [Гегель. Философия природы, § 249], и проблема была бы в руках.

Но как мог оценить Кедров идеалиста Гегеля в условиях  вакханалии борьбы с ведьмами в науке (30-е годы)? С «вейсманистами-морганистами» и прочими идеалистами? Вот и вводил в ряд общих наук то математику, то кибернетику, а речь у Греков, и у Гегеля (и у Энгельса) идет о естественных науках, - науках, объекты которых (природные процессы) существуют независимо от Человека.

© Л.Е. Федулаев

mail@hegel.ru © Hegel.ru, 2011–2013 Designed by Vikov