Тексты и комментарии
Главная  Тексты и комментарии  Абдуллин
Онтологическое мышление Гегеля

В предлагаемой здесь статье философ А.Р. Абдуллин дает интересную версию трактовки онтологической логики Гегеля.
Необходимо все-таки постоянно снова и снова возвращаться мыслью к тому началу, с которого начинает движение Гегель, – к Бытию, равному Ничто. И всякий раз такой возврат непременно будет чем-то новым для мыслящего.
Образованный народ без метафизики, нечто вроде храма, в общем-то разнообразно украшенного, но без святыни.
Гегель. Наука логики.

Связана ли метафизика с социальной действительностью? В предисловии к “Науке логики”, являющейся вершиной и фундаментом западной метафизики, Гегель отвечает на этот вопрос следующим образом. Если народ не утратил своей метафизики, то тогда дух “имеет в нем действительное наличное бытие” /1, с. 17/. Иными словами метафизика, занятие ею, выводит дух народа из природного состояния в наличное бытие. Показать, как бытие раскрывается в наличном бытии, есть суть онтологического мышления. Итак, онтологическое мышление Гегеля, есть мышление о бытии в его явной форме, т.е. о наличном бытии или что то же самое Dasein (Дазайн). По Гегелю, этим занимается объективная логика, ибо она “непосредственно занимает место онтологии – той части указанной метафизики, которая должна была исследовать природу ens /сущего/ вообще; “ens” охватывает как бытие так и сущность /1, с. 52/.

Имеет ли онтологическое мышление Гегеля отличие от традиционно метафизического? Гегель заявляет, что “дефиниции метафизики” “утверждают и выявляют лишь сущее и притом в-себе-сущее /1, с. 105/, в то время как он выявил, что “в единстве /всякого/ нечто с собой бытие-для-иного тождественно со своим “в себе”; в этом случае бытие-для-иного есть в /самом/ нечто” /1, с. 105/. Именно идея бытия как “бытия-для-иного” - новшество внесенное Гегелем в диалектику (бытия и иного Платона), “которого, - как он утверждает, - не знает метафизическое философствование”. Метафизика рассудочна, и поэтому она не мыслит дальше антиномий. Диалектика разумна, она мыслит антиномии в их противоречивом единстве, ибо “противоречие и есть возвышение разума над ограниченностью рассудка и ее устранение” /1, с. 36/. Мыслить единство противоречий, значит мыслить, что “нечто” в своем бытии есть одновременно и “бытие-для-иного”.

Каждый человек отличает себя от окружающего мира. А прав ли он? Нет, говорит “Чхандогья упанишада”: “тат твам аси”Ты есть То. Сын брахмана Уддалаки, после 12 лет изучения вед, вернулся домой. Увидев самодовольного и гордого сына отец спросил: Шветакету, знаешь ли ты почему “неуслышанное становится услышанным, незамеченное – замеченным, неузнанное – узнанным?” /2, с. 339/. Нет, ответил сын. Что бы не сделали с глиной, - продолжил брахман, - мы все равно ее узнаем, “ибо всякое видоизменение – лишь имя, основанное на словах, действительное же – глина” /2, с. 339/. Что же индийский мудрец подразумевает под “глиной”? Сущее. “Вначале, дорогой, /все/ это было Сущим, одним, без второго. Некоторые говорят: “Вначале /все/ это было не Сущими, одним, без второго. Из этого не Сущего родилось Сущее”. Но как же, дорогой, могло это быть? Как из не Сущего родилось Сущее? Нет, вначале, дорогой, /все/ это было Сущими, одним, без второго” /2, с. 340/. Какова же природа этого Сущего – материальная или духовная? “Узнай от меня, дорогой, об истинной природе сна. Когда человек, как это называют спит, то он, дорогой, достигает тогда /высшего/ бытия, достигает самого себя” /2, с. 343/. Если лжец, когда его испытывают, берется за раскаленный топор, то он обжигается, а стремящийся к истине – нет. “То, что он не обжигается при этом, и есть основа всего существующего. То – действительное, То – Атман. Ты – одно с Тем (букв.: Ты есть То – А.А.), Шветакету!” /2, с. 348/.

Из текста приведенной упанишады, следует, что началом и основой всего является Бытие (Сущее). Бытие - образно выражаясь - есть некая “духовная глина” из которой лепятся сны, т.е. чистые мысли, что как сон не испытывают никаких препятствий. В чистом мышлении, в медитации, человек истинен, он не подвержен материальным причинам, “не обжигается”, и таким путем он достигает одновременно как основы существующего (бытия), так и самого себя.

Итак, онтология должна дать ответ на основополагающий вопрос гносеологии: как человек познает внешний мир, т.е. выходит из самого себя, что-то схватывает и затем вносит его в себя и тем самым делает нечто внешнее себе своим собственным. Принцип индийской метафизики – Ты есть То – был раскрыт в онтологии Гегеля. Вещи и мышление о них, - пишет он, - сами по себе соответствуют друг другу, - и добавляет: - Мышление в своих имманентных определениях и истинная природа вещей составляют одно содержание” /1, с. 35/. При этом Гегель указывает на сродство немецких слов Ding (вещь) и denken (мыслить). Иными словами истинность вещи состоит не в ее непосредственной данности, в ее чувственном восприятии, а в том, что познается мышлением о ней и в ней. С чего же начинается мышление? Мышление начинается со своего начала, которое есть “просто форма без всякого содержания” /1, с.61/. Поскольку оно бессодержательно - оно есть Ничто, но не голое Ничто, а в форме мышления. Гегель раскрывает свою мысль о начале следующим образом: “Пока есть ничто, и должно возникнуть нечто. Начало есть не чистое ничто, а такое ничто, из которого должно произойти нечто; бытие, стало быть, уже содержится в начале. Начало, следовательно, содержит и то и другое, бытие и ничто; оно единство бытия и ничто, иначе говоря, оно небытие, которое есть в то же время бытие, и бытие, которое есть в то же время небытие” /1, с. 61/.

Онтологическое мышление Гегеля является одним из самых сложных для понимания во всей мировой философии. Поэтому для наглядности последующих рассуждений, представим его в виде следующей схемы.



Схема. Структура онтологического мышления Гегеля.


На схеме приняты следующие обозначения:
1. Само нечто;
2. Иное себя в небытии;
3. Нечто иное;
4. Снятие (деструкция).

Прежде чем раскрыть смысл этой схемы, попробуем проиллюстрировать соотношение (совершенно абстрактных) понятий гегелевской онтологии на следующем примере. Представим себе человека, смотрящего на себя в зеркале. Тогда приведенной схеме будут соответствовать:
1. Человек (само нечто);
2. Отражение в зеркале (иное себя в небытии);
3. Фотопортрет человека (нечто иное);
4. Мнение человека о себе по своей фотографии (снятие ее содержания).

Вся тайна онтологии Гегеля сосредоточена в точке 2, т.е. в способности нечто иметь свое иное, двойника, свое зеркальное отражение. Почему нечто, будучи одним имеет свое иное, “двойника”? Потому, что это иное не обладает собственным бытием. Его бытие в бытии-для-иного оригинала. У отражения в зеркале нет собственного бытия. Отражение – это небытие “оригинала”; в каком-то смысле это Ничто. Гегель утверждает, что чистое бытие (читай оригинал) и чистое ничто (отражение) – это “одно и то же” и в то же время они “абсолютно различны”. “Истина, - пишет далее он, – это не бытие и не ничто, она состоит в том, что бытие не переходит, а перешло в ничто, и ничто не переходит, а перешло в бытие. … Их истина есть, следовательно, это движение непосредственного исчезновения одного в другом: становление /1, с. 69/. Возникает вопрос: имеет ли Ничто свое собственное бытие, т.е. отличное от чистого бытия? Нет. Во-первых, чистое бытие как таковое для человека не существует. Ибо бытие может быть им взято только как нечто помысленное, определенное. А такое бытие есть Dasein, или как его обозначил переводчик Гегеля наличное бытие. Более того, во-вторых: “Лишь наличное бытие содержит реальное различие между бытием и ничто, а именно нечто и иное /1, с. 74/. То же самое происходит и с Ничто, но только противоположенным образом. Бытие есть и поэтому мы его мыслим. И наоборот, Ничто мы мыслим и потому оно есть. Гегель поясняет свою мысль о бытии Ничто так: “…это означает, что не оно есть, не ему, как таковому, присуще бытие, а лишь мышление или представление есть это бытие” /1, с. 86-87/. Отражение не имеет своего бытия в зеркале. Стоит только повернуть зеркало, или отойти он него, как отражение исчезнет. Парадоксальность этого явления заключается в том, что хотя отражение исчезло, но поскольку оригинал остался, – в котором содержится бытие-для-иного, – то и отражение есть, только оно находится в небытии; оно есть Ничто. Человеческое сознание также является своего рода зеркалом. Поэтому в Гегелевой онтологии мы имеем дело не с оригиналом и его отражением, а с зеркалом, которое отражается в другом зеркале, т.е. по сути, в себе самом. Если одно зеркало отражается в другом, то истина будет находиться в обеих сразу, а точнее в промежутке между ними, т.е. в вечном становлении. Хотя эмпирически мы воспринимаем промежуток между зеркалами как пустоту, но на деле эта пустота активна, она есть то, из чего возникает Дазайн (наличное бытие), сквозь который человеку просвечивает Истина.

Теперь мы можем перейти непосредственно к онтологическому мышлению Гегеля. Выше уже отмечалось, что начало содержит бытие и ничто; иначе говоря, оно небытие, которое есть в то же время бытие. В центре приведенной схемы стоит Небытие. Почему? Потому, что взаимопереход бытия и ничто есть их исчезновение, которое более правильно обозначить Небытием, нежели Бытием. Более того, если поставить в центр только Бытие, без Ничто, то это будет не верно; то же самое, если поставить только Ничто. Если же поместить одновременно и Бытие и Ничто, то возникает некий дуализм. В то время как Небытие есть Бытие в состоянии своего отрицания. Ничто в отличие от Небытия есть отрицание в чистом виде (без бытия). Небытие содержит в себе некое отрицание, которое в свою очередь является движущей силой в онтологии Гегеля.

Таким образом, в центре всего находится Небытие, наделенное стремлением выйти из себя, чтобы стать сами собой, т.е. Бытием. Это стремление реализуется в виде спиралеобразного движения. Каждый виток спирали образуется в четыре этапа, которым соответствуют четыре точки схемы. Рассмотрим их.

Первый виток. Метафизический уровень онтологического мышления

Небытие можно представить как: 1. Бытие; 2. Ничто; 3. Становление. Иными словами, бытие (+), или, как его называет Гегель, аффирмативное бытие (утвердительное, положительное), движимое отрицанием (- +) переходит к своему полюсу Ничто, и становится как бы чистым отрицанием (-). Движимое далее силой отрицания, т.е. уже посредством двойного отрицания (--), оно переходит опять к положительному полюсу, к своему началу, бытию (+). В результате прохождения первых двух этапов возникает третий, их сумма - становление. Эти три этапа первого витка недоступны человеческому мышлению. Они продукт гегелевской интуиции. Первый виток – это божественное созерцание, т.е. созерцание из которого возникает сущее. На четвертом этапе происходит чудо, которое Гегель назвал снятием. Это чудо заложено в содержании немецкого слова Aufheben, которое “означает сохранить, удержать и в то же время прекратить, положить конец /1, с. 92/. Что произойдет, если снять становление? В параграфе обозначенном “Снятие становления” Гегель пишет: “Становление как переход в такое единство бытия и ничто, которое дано как сущее или, иначе говоря, имеет вид одностороннего непосредственного единства этих моментов, есть наличное бытие /1, с. 91/. В результате снятия становления происходит чудо, возникает сущее, наличное бытие (Дазайн). Бытие и Ничто не исчезли совсем. Они сохранились в Дазайн как его моменты. Движущая сила небытия сохранена, но только перешла на новую ступень. Начался новый круг, виток спиралеобразного развития. Особенность этой новой ступени состоит в том, что с этого момента мы можем мыслить, т.е. мысленно представлять все происходящее. В Дазайне бытие и ничто из абстракций превращаются в конкретное Нечто и его Иное. Возник второй круг, который непосредственно изображен на схеме.

Второй виток. Экзистенциальный уровень онтологического мышления

Становление, так же как и при рассмотрении первого витка, переходит в: 1. Дазайн (само нечто); 2. Иное (иное себя в небытии); 3. Нечто (нечто иное). Нечто не просто есть, но оно к тому же и существует. Достигнув нечто иное, Дазайн (наличное бытие) возвратилось в себя. Этот уровень обозначен экзистенциальным, как того требует Гегель: “Для обозначения опосредованного бытия мы сохраним выражение существование (Existenz)” /1, с. 78-79/.

Во что превращается Дазайн в результате снятия? “Это последнее как конечное бытие снимает себя и переходит в бесконечное соотношение бытия с самим собой, переходит, - пишет Гегель, - в для-себя-бытие /1, с. 68/. Однако переход наличного бытия в для-себя-бытие осуществляется не сразу, а также в три этапа. Возникает новый круг. Если первый уровень онтологического мышления соответствовал божественному созерцанию, а второй – философскому, то третий уровень мышления соответствует науке (естествознанию).

Третий виток. Физический уровень онтологического мышления

Нечто из своей неопределенности в результате снятия переходит в: 1. Бытие-для-одного (качество); 2. Бытие-для-многих (количество); 3. Бытие-для-себя (мера). После того как бытие стало бытием-для-себя, оно переходит из бытия в свою сущность. “Истина бытия – это сущность – заявляет Гегель /1, с. 351/ и далее поясняет: “Сущность находится между бытием и понятием и составляет их середину, а ее движение – переход из бытия в понятие. Сущность есть в-себе-и-для-себя-бытие…” /1, с. 352/.

Вся метафизика Гегеля есть реализация этого кругового онтологического мышления. Ибо “Наука логики” есть последовательный переход: 1. Бытие; 2. Сущность; 3. Понятие. А философия как наука есть: Логика (1), переходящая в свое инобытие – Природу (2), а из природы логика возвращается в себя в виде познавшего себя Духа (3). Таким образом, мы видим, как Дух, начиная со своего Небытия, познает самого себя в своем инобытии и, возвращаясь в себя, становится абсолютным Знанием, т.е. знанием без содержательного различия – своим небытием. Весь процесс начинается сначала.

Для того, чтобы яснее представить сущность онтологического мышления Гегеля, покажем на этой же схеме онтологическое мышление другого классика, но уже современной философии – Мартина Хайдеггера.

Вместо Небытия, в центре хайдеггеровского онтологического мышления стоит Время. Почему? Потому, что Время и есть небытие: прошлое – уже в небытии, будущее – еще в небытии, настоящее – переход из небытия в небытие. При этом, в отличие от Гегеля, который путем интуиции показал возникновение наличного бытия (Dasein) из Небытия, Хайдеггер изначально исходит из Dasein (присутствия), что соответствует на схеме второму витку – экзистенциальному уровню онтологического мышления. “Разработка бытийного вопроса, – утверждает он, – значит поэтому: высвечивание некоего сущего – спрашивающего – в его бытии. Задавание этого вопроса как модус бытия определенного сущего само сущностно определено тем, о чем в нем спрошено, – бытием. Это сущее, которое мы сами всегда суть и которое среди прочего обладает бытийной возможностью спрашивания, мы терминологически схватываем как присутствие (Dasein – А.А.)” /3, с. 7/.

Рассматривая этимологию слова Дазайн, Гегель писал: “Оно не просто бытие, а наличное бытие; взятое этимологически, Dasein означает бытие в каком-то месте; но представление о пространстве здесь не приложимо. Наличное бытие есть вообще по своему становлению бытие с некоторым небытием, так что это небытие принято в простое единство с бытием” /1, с. 93/. Хайдеггер уточнил в “каком месте” – в человеке. Поскольку в понятие Dasein немецкие философы вложили разный смысл, то и переводчики Гегеля и Хайдеггера по-разному его перевели. В первом случае – как “наличное бытие”, во втором – как “присутствие”. Итак, по Хайдеггеру, Бытие превращается в Dasein благодаря человеку. Dasein в человеке можно представить как некий треугольник. Основание этого треугольника есть бытие человека – его экзистенция, которая ограничена временем между его рождением и смертью. Две другие стороны треугольника – это его фундаментальные экзистенциалы – способность человека понимать и испытывать настроения. Вся разница между Гегелем и Хайдеггером заключена в интерпретации участка, обозначенного на схеме цифрами 3-4-1. В гегелевской интерпретации этот участок охарактеризован как “снятие” и изображен в виде знака тильды, ибо “снять” – это значит одновременно и “упразднить”, и “сохранить”. Хайдеггер мыслит этот участок исходя из Dasein, и, следовательно, проходит его в обратном порядке 1-4-3. Причем для Хайдеггера эта линия является прямой: Ты есть То. Вместо гегелевского термина “снятие”, Хайдеггер употребляет термин “деструкция”. Если Гегель хочет все сохранить и перетащить на новую ступень, то Хайдеггер, наоборот, хочет расчисть возникшие завалы, т.е. произвести феноменологическую деструкцию. Если таким образом устранить все препятствия, то мы, утверждает Хайдеггер, непосредственно и прямо увидим суть дела. Однако то, что таким образом будет обнаружено, может показаться бездоказательным. Во избежание этого, нужно “доказать” увиденное, выявить свои ложные пред-рассудки, свою пред-структуру понимания. А это значит, что нужно пройти круг от точки 3 через 2 к своему началу, к экзистенции, т.е. точке 1. Этот круг принято называть герменевтическим, а сам метод Хайдеггера - не признающий отрицания как движущей силы бытия - является, следовательно, не диалектическим, а герменевтическим. Бытие темпорально, самодвижимо, ибо оно есть Время.


ЛИТЕРАТУРА
1 Гегель Г.В.Ф. Наука логики. СПб.: Наука, 1997. 799 с.
2 Упанишады. М.: Восточная литература, 2000. 782 с.
3 Хайдеггер М. Бытие и время. М.: Ad Marginem, 1997. 451 с.


© А. Р. Абдуллин


mail@hegel.ru © Hegel.ru, 2011–2013 Designed by Vikov